~ Results of tests
Результаты тестов, которые удаляют ~
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

~ Results of tests > Tokyo Ghoul


Опросы, тесты c категорией "Tokyo Ghoul".
Пользователи, сообщества c интересом "Tokyo Ghoul".

среда, 26 августа 2015 г.
Элиа Мерибель 15:28:05
Запись только для автора.
Элиа Мерибель 15:26:24
Запись только для автора.
Моя дорогая сестра…|Tokyo Ghoul | Элиа Мерибель 15:25:05
Хидейоши Нагачика
­­
Ты - сестра-близнец Хидейоши Нагачики.
О деятельности братика в ССG ты почти ничего не знаешь – и, сказать по правде, сильно его об этом не расспрашиваешь – в твоем понимании это что-то сродни государственной тайны. Гораздо больше тебя привлекают личности, окружающие Хиде – все разные, совершенно непохожие друг на друга, но при этом едины в своей цели – уничтожить гулей в Токио. Чуть ли не каждый день после пар в университете бегаешь к Нагачике, зная, что тебя не сочтут посторонней – в штаб-квартире твоя личность много кому знакома. К рассказам о гулях же относишься не так, как следовало бы: иногда жалеешь, что гули и люди не могут ужиться в одном мире.
Что же касается характера, то ты мягкое, добродушное и даже немного стеснительное создание, готовое, впрочем, протянуть руку помощи тому, кто покажется тебе нуждающимся в ласке или жалости. Очень любишь книги, а так же, как ни странно, проводить время на кухне за приготовлением чего-нибудь вкусненького.


Отношение персонажей к тебе:
«Антейку»

Кен Канеки: Тебе ничего не стоило проникнуться симпатией к этому пареньку – еще бы, ты же знаешь его с малых лет! То, что и ты, и он души не чают в книгах, только сблизило вас двоих. Ваше с Хиде трио было неразделимо: втроем ходили в школу, поступили в один университет, всегда все делали вместе…ровно до того момента, как Кен на долгое время пропал из университета, а потом, всего на пару дней обнаружившийся в кофейне «Антейку», вновь исчез, не оставив следа. После этого ты долго пребывала в унылости, скучая по другу, а вот он сам…с тех пор, как судьба подбросила ему каменный крест в виде органов Ризе, он просто не мог показаться тебе на глаза, считая, что узнай ты о его сущности – возненавидишь навсегда. Но, уйдя из Ками, он не смог забыть твоего образа. Теперь почти каждую ночь устраивается на крыше дома, соседствующего с тем, где живете вы с Хиде, а точнее – напротив окон твоей комнаты. Он подолгу может наблюдать за твоим умиротворенным лицом. Иногда молодой человек дожидается твоего пробуждения и мысленно желает тебе доброго утра. Диагноз юноши ведь ясен тебе? Кен с детства влюблен в тебя (сказать по правде, он и на Ризе-то внимание обратил только из-за убеждения, что Хиде рассадит ему череп, если узнает) – и теперь он проклинает собственное давнишнее стеснение, всегда мешавшее ему сказать тебе об этом. А теперь, когда между вами пропасть – парню остается только запереть это чувство в себе, лишь изредка позволяя себе слабости в виде ночных визитов.
Тоука Киришима: Она была немного удивлена, когда Канеки представил тебя ей как лучшую подругу детства. Надо заметить, девушка сразу же подметила то, как вы с ним похожи по характеру – видимо, поэтому и спелись. Вначале она не сильно обращала внимание на вашу с Канеки болтовню, пока он заваривал кофе. «Такая же никчемная, как этот полукровка» - вертелось в ее голове. Однако присмотревшись к тебе поближе, она нашла в твоей личности весьма интересного, и, что примечательно, не раздражающего собеседника. А уж когда ты проболталась ей что любишь готовить и предложила помочь с приготовлением пирога, ее сердце пропустило удар. Теперь в ее понимании ты – смесь Араты Киришимы и Йорико Косаки, а стало быть, причин для того, чтобы недолюбливать тебя нет. Спустя же несколько дней, она подойдет к тебе и, краснея и запинаясь на каждом слове, попросит научить ее готовить, в чем отказать ты ей не сможешь, да и не захочешь. Будете тренироваться прямо в кофейне, искренне радуясь, когда получается. Возможно, у тебя получится увидеть ее искреннюю улыбку – а, может, и обрести прекрасного друга в лице Киришимы.
Нишики Нишио: Ты часто становишься тем, кто разнимает его и Тоуку посреди словесных перепалок. Надо заметить, это донельзя раздражало молодого гуля и тогда он отнюдь не скупился на выражения, вовсю упрекая тебя в «таком добреньком, что аж тошнит, характере». Он ни во что не ставит твои попытки подружиться с ним, а на любое дружелюбное действие с твоей стороны отвечает возмущением (кстати, Тоука из-за этого раздражается еще сильнее и горячо убеждает тебя, что «этот козел такого не заслуживает»). Что поделать, доверять кому-то еще, кроме Кими и погибшей сестры он не привык, а потому не стоит ждать, что он тут же поверит твоей искренности.
Ренджи Йомо: Вначале тебя настораживал его хмурый, отстраненный вид, однако, взвесив все «За» и «Против», ты решилась заговорить с ним, неожиданно для себя выявив, что в своем стремлении к спокойствию вы похожи. Отныне вы с ним часто выбираетесь на улицы ночного Токио, не спеша прогуливаясь под тусклым светом фонарей. Ты напоминаешь ему Канеки, к слову говоря, он даже попробовал намекнуть тебе на его чувства – увы, удачей это не закончилось. Он расценивает тебя как прекрасного друга, которому многое можно доверить – возможно, он бы даже рассказал тебе, кем является, если бы не строгий на то запрет Йошимуры, мнение которого он всегда чтил больше всех.
Энджи Кома: Его мнение о тебе отходит не больно далеко от мнений о Тоуке, Канеки и Хинами. «Пока совсем еще желторотые птенцы, еще толком не видевшие жизни. Что ж, в какой-то мере, это хорошо» - порой думает Кома, наблюдая за тем, как ты пыталась избавить Канеки от нерешительности и препиралась с Тоукой по поводу способа приготовления торта. В такие моменты Дьявольская Обезьяна вспоминал собственную юность, которой, к слову, был почти лишен, и незаметно для молодого поколения умилялся вашему поведению.
Кая Ирими: Она относится к постоянному присутствию человека в среде гулей с неким пренебрежением. «Она слишком добра. В ней слишком много жалости» - эти мысли изрядно портят ее впечатление о тебе. Однажды она попыталась мягко намекнуть тебе, что не стоит разбазаривать столько нервов и энергии на тех личностей, которые, возможно, никогда этого не оценит, мотивируя это тем, что не может видеть, как об твою доброту некоторые вытирают ноги.
Рома Хойто: На время ее пребывания в «Антейку» ты часто помогала ей собирать осколки, а также порой прикрывала ее проступки от начальства. Тогда девушка глядела на тебя щенячьими глазами, рассыпаясь в благодарностях - и все же что-то помешало тебе приписать ее к числу друзей. А точнее – какой-то подозрительный интерес к Канеки.
Кузен Йошимура: Этот старик окружает тебя почти небывалой заботой, стоит тебе только показаться в поле его зрения. Вы часто устраиваете вечерние посиделки, попивая кофе и разговаривая, казалось бы, обо всем на свете. Почему же он так трясется над тобой? Ответ очень прост – твоя доброта, искренность и бескорыстие до боли напоминают ему его любимую Укину, что побуждает управляющего оберегать тебя от тайн «Антейку». «У девочки вся жизнь впереди, не нужно отравлять ее непорочность и нарушать это неведение», - так утверждает гуль сам себе. Он искренне радуется, когда ты появляешься в его обители – иногда даже предлагает устроиться на неполную ставку, раз уж ты почти все свое время после учебы уделяешь этому уютному местечку.
Другие гули

Шу Цукияма: Ты познакомилась с ним, когда в очередной раз пришла на урок с Тоукой в «Антейку». Стоило ему появиться в кофейне, твое сердце неприятно екнуло, предсказывая, что должно что-то случиться. Его елейная улыбка отнюдь не внушала тебе доверия, а потому ты старалась не отвечать на те вопросы, что он тебе задавал. Уже много-много позже, состоя в команде, организованной Кеном, он выследил того, когда полугуль решил вновь навестить тебя ночью. Заметил, как горят глаза его «деликатеса», когда он смотрит на подрагивающие длинные ресницы и мерно вздымающуюся грудь. Короче говоря, Гурман после этого долго убивался, что тогда вместо Кими не похитил тебя, ведь тогда заполучил бы такой козырь, кой позволил бы ему манипулировать Канеки как только угодно. Хотя, впрочем, он всегда может успокоить себя мыслью, что съесть тебя можно в любой момент, стоит только пожелать.
Ута: Иногда он составляет компанию тебе и Ренджи в променадах по Токио вечерами. Всегда с едва заметной полуулыбкой наблюдает за детским восторгом на твоем лице, когда ты осматриваешь его творения в студии. И в то же время считает тебя малость непоседливой, если тебя чем-то заинтересовать.
Хинами Фуэгучи: Девочка привязана к тебе не менее, чем к Киришиме-старшей. В виду того, что Канеки исчез, именно ты продолжила обучать Хинами чтению и письму. Надо заметить, без веселья ваши уроки никогда не проходят. Вы постоянно отвлекаетесь – то на готовку с Тоукой, то на возню с Лузером, которого она каждый раз не без гордости тебе демонстрирует. Собственно, вам это не мешает – все же немного радости никогда не повредит, а тем более такой, как она.
Банджо Казуичи: Однажды он заметил, что из кармана у Канеки выпал какой-то желтоватый листочек, сложенный вчетверо. Развернув его, он с нескрываем интересом изучал изображенных на старой фотографии троих ребят предположительно десятилетнего возраста: двое мальчиков, в одном из которых он узнал Канеки, и миловидная девочка, схожая по внешности со вторым мальчишкой. К рукам Канеки и незнакомки красным маркером была пририсована Нить Судьбы. Тогда эта фотография вызвала у Банджо умиление, которое только усилилось, едва Кен выдрал у него листочек с таким видом, будто у него отобрали сокровище.
Ризе Камиширо: Как-то Хиде пришел домой как-то странно подхихикивая и, не скрывая ухмылочки, сообщил тебе, что Канеки «нашел себе пассию» в лице Ризе Камиширо и собирается встретиться с ней вечером. Еще тогда в твоей душе шевельнулось нечто, доселе незнакомое тебе. А уже через три часа, стоя за углом дома, ты с изумлением созерцала жмущуюся к Канеки шикарную девушку. Казалось бы, прекрасное событие, твой друг нашел себе возлюбленную…вот только что же это было за гадкое чувство, раненым зверем ревущее в сердце и рождающее в душе странную злобу?
Итори: У женщины-гуля внезапно проснулся материнский инстинкт, стоило Ренджи привести тебя к ней в бар. Она битый час кружила вокруг тебя, расхваливая на разные лады, отчего, к слову, было безумно неловко - ты все время жалась к Йомо, стараясь спрятать глаза. Уже после того, как вы вышли на улицу, Ренджи уверил тебя, что не стоит бояться Итори – на самом деле она добра, ну а то, что активна слишком – не беда.
Курона Ясухиса: Ты не видела ее.
Наширо Ясухиса: Если ее сестру ты не видела, то саму Наширо и подавно.
«Древо Аогири»

Аято Киришима: Он относится к твоему существованию с едва скрываемым презрением. Ну конечно, а с кем же еще могла подружиться его чертова сестра! На большее, чем дружба с ничтожеством вроде человека, она не способна. Что же касается конкретно тебя, то долго на этом свете ты не протянешь, как убежден в том Аято. Ты слаба. А слабые в этом мире умирают первыми.
Якумо Оомори (Ямори): Как-то вечером, в выходной, твой братик предложил тебе пройтись по набережной. Во время прогулки вам встретилась странная парочка: широкоплечий мужчина и странный щуплый мужичок в пестром наряде, твердо наталкивающем на мысль о принадлежности данной особы к рядам голубых. В понимании Ямори ты являешься скульптурной глиной, на которой можно «творить» - порезы, синяки, кровоподтеки – это, как он считает, неплохо украсит твою кожу.
Нико: Признаться, тебя тогда позабавил его внешний вид, чего, разумеется, вслух ты не сказала. Однако он видел горящий взгляд Ямори направленный на тебя, что дало ему недолгий повод для типичной женской ревности.
Наки: Большинство гулей из «Древа Аогири» не видели тебя, потому как в одиннадцатом районе ты в силу своих опасений старалась не показываться.
Это: Ты видела ее только один раз, да и то в образе Сен Такацуки. Заранее зная, что Канеки очень нравится эта писательница, ты достала ему новейшую книгу с ее автографом, однако отдать другу не успела – он пропал и больше не появлялся.
Норо: Он не видел тебя, ровно как и ты его.
Братья Бин: Не имеют о тебе понятия.
Татара: Это с несвойственным ей умилением поведала ему о двух девочках, бравших у нее автограф для своего друга, которым оказался один и тот же человек. Первой была ты, а второй, как ты, наверно, догадалась, Хинами. Тогда в ее монологе проскользнуло словосочетание «первая любовь» и «любовный треугольник». Татаре не известно, что они означают, а потому на болтовню Это гуль не обратил ровным счетом никакого внимания.
ССG

Амон Котаро: Он воспринимает тебя как свою младшую сестренку, которой у него самого никогда не было. То, с каким трепетом и детским выражением лица этот молодой мужчина каждый раз принимает у тебя из рук пирожное или же кусок торта, не может укрыться от взглядов сослуживцев. В отличие от Шинохары и Куроивы Амон старается как можно меньше сообщать тебе о гулях и охоте на них, всем сердцем желая, чтобы тебя не коснулась та опасность, которая царит на улицах Токио. Пожалуй, в этом он солидарен с Хиде, все время запрещающим тебе появляться среди следователей. Твоя персона для мужчины – яркий пример того, ради чего стоит бороться за чистоту мира.
Курео Мадо: Это, пожалуй, единственный в штаб-квартире ССG, от кого ты предпочитала избегать, не обращая внимания на убеждения Амона в том, что он на самом деле несказанно умен и добр. Его безумный вид пугал не хуже, чем рассказы и репортажи о гулях, а потому едва заметив на противоположном конце коридора знакомый серый плащ, ты спешно ретировалась, не оставляя ему и попытки заговорить с тобой.
Акира Мадо: Надо заметить, вначале в ее отношении к тебе имела место ревность к Котаро. Впрочем, когда он увидела, как настойчиво вокруг тебя вьются Джузо и Сейдо, то избавилась от своего предубеждения, решив, что тебя надо спасать из их общества. Именно поэтому часто дает тебе советы, как лучше всего себя вести с безголовыми молодыми людьми вроде Такидзавы или Сузуи. На данный момент можно сказать, что вы с ней недалеки от того, чтобы стать лучшими подругами – по штабу ты ходишь только с ней, на тот случай, если Хиде рядом не окажется. Тот, к слову, отнюдь не в первый раз просит девушку позаботиться о тебе, что она, собственно, и делает.
Сейдо Такидзава: Кажется, теперь причин недолюбливать Сузую у него стало на одну больше. Молодому человеку все время кажется, что мальчишка обязательно причинит тебе боль или же обидит неосторожно брошенным словом, а потому он старается пресекать всякое твое общение с обладателем «Джейсона». Все из-за того, что Сейдо с первой встречи просто не может оторвать взгляда от твоего миловидного лица, мягкой улыбки и сияющего взгляда. Вероятно, это и есть то, что среди людей именуется «любовь с первого взгляда». Скажу по секрету, когда ты, рассказывая что-то, наклоняешься к его лицу или через его плечо заглядываешь в документы, которые он как раз перечитывает, сердце Такидзавы пускается отбивать чечетку, а по телу пробегает восторженная дрожь. Также он терпеть не может, когда во время вашей и без того непродолжительной беседы вдруг появляется Акира и, не говоря худого слова, уводит тебя прочь. Все, что ему остается – вздохнуть и ждать тебя. Ждать…до следующего дня.
Джузо Сузуя: Этот парнишка ощущает нечто совершенно новое для своего существа. В очередной раз с аппетитом уплетая принесенные тобой сладости он убеждается, что ему хочется видеть тебя снова и снова. Теперь он постоянно препирается из-за тебя с Такидзавой, совершенно по—детски соревнуясь с ним за твое внимание. Но вместе с тем он старается по мере своих сил оградить тебя от общения с тем, кто, по его мнению, может быть для тебя неприятен – в частности, от Маруде. После того же, как он пожаловался Шинохаре на странное ощущение в области груди и получил от напарника полностью обескураживающий ответ, изо всех сил старается изучить это внезапно накатывающее волнение, почти не выпуская тебя из своего поля зрения. Любовь – чувство, совершенно незнакомое ему, а потому он жаждет узнать о нем как можно больше. И только ты, по убеждению паренька, сможешь научить его, как любят по-настоящему.
Юкинори Шинохара: После того, как Джузо предпринял своеобразную попытку пригласить тебя на прогулку, звучавшую как: «(Твое имя)-чан, хочешь посмотреть, как применяют куинке по их прямому назначению?», мужчина твердо решил, что положение надо спасать и поскорее. Ему сразу стало видно, что его подопечный совершенно не знает, как нужно ухаживать за девушкой, а потому он вознамерился помочь Сузуе произвести на тебя впечатление. Теперь недовольного юношу ждет длиннющая лекция на тему «Что такое любовь и с чем ее едят», а тебя – долгое и упорное расхваливание напарника Шинохары, убеждающего, что Джузо – парнишка хороший, вот только странный немного…а так – просто идеальный возлюбленный.
Ивао Куроива: А вот уж кто не упускает случая в подробностях рассказать тебе о Гурмане, о Пожирателе и о появившемуся совсем недавно в Токио Сколопендре. Как кажется этому человеку, лучше бы тебе быть начеку, даже не смотря на то, что , ведь, как известно, кто предупрежден – вооружен. А потому он в упор не замечает угрюмых взглядов Хиде, обращенных на вас двоих, увлеченных беседой, убеждая тебя не терять бдительности по дороге домой.
Кишо Арима: Твои попытки его разговорить не окончились успехом – ты удостоилась лишь безразличного взгляда и сухого кивка, после чего сочла Бога Смерти ССG самым бесчувственным человеком на свете. Как ты потом жаловалась Акире: «Он как вчерашний батон – черств!». Тем ваше общение и ограничилось.
Косуке Ходжи: Мужчина ужасно недоволен, что теперь Сейдо стал чаще отлынивать от работы, стараясь быть поближе к твоей персоне. Солидарен с желанием Акиры растащить вас двоих по разным углам, а потому все чаще стал заваливать напарника бумажной работой, дабы тот не отвлекался на бестолковую болтовню девчонки, едва-едва поступившей в университет.
Ицуки Маруде: Только взглянув на его прищуренные глаза и сальную усмешку, ты вынесла вердикт, что от данной персоны нужно держаться подальше – а в особенности после того, как он одарил тебя весьма сальным взглядом из-под прикрытых глаз. Есть у тебя подозрение, что этот человек преследует тебя: в любом коридоре ССG нет-нет, да и наткнешься на него – и тогда уж хочешь не хочешь, а веди с этим занудой беседу. К слову, абсолютно для тебя неинтересную. Сам же мужчина не может отрицать самому себе то, что его влечет к твоей персоне, однако заикнись он об этом кому-либо еще и неприятностей не оберешься. Пожалуй, это единственный случай, когда присутствие рядом Джузо оказалось весьма кстати – парнишка увел тебя прямо у него из-под носа, не обращая внимания на гневные вопли Маруде.
Хидейоши Нагачика: Он терпеть не может те дни, когда ты появляешься в штаб-квартире ССG. То, с каким восторгом ты внимаешь рассказам Шинохары и Куроивы, отдается болью в его сердце. А как же иначе? Брат не хочет втягивать тебя в столь опасную среду, а потому всякими способами препятствует твоему общению со следователями. Надо заметить, на этой почве вы часто ссоритесь. К тому же, в последнее время он стал все чаще ловить на тебе сальные взгляды некоторых старших следователей, что радости ему ну никак не прибавляет, ровно как и мельтешащие у тебя перед глазами Такиздзава и Сузуя, ведь он на самом деле искренне и весьма давно желал тебе счастья с Канеки.
Остальные

Кими Нишино: Она уже не в первый раз извиняется перед тобой за вспыльчивость Нишики, поджидая тебя до окончания рабочего дня в «Антейку». Иногда вы можете перемолвиться с ней словечком не по опостылевшей тебе теме «Нишики». Как оказалось, она была знакома с Канеки, и как-то раз попросила тебя передать Кену еще одну благодарность от нее. Вот только ты до сих пор ломаешь голову над тем, за что же она поблагодарила…
Йорико Косака: Тебя с ней познакомила Тоука. Девушка сразу прониклась к тебе симпатией, а когда узнала, что готовка является одним из твоих любимых занятий, то ее привязанность к тебе только усилилась. Теперь по ее предложению вы часто собираетесь втроем - ты, она и Киришима - и готовите вместе. В такие моменты у тебя в голове остается лишь одна мысль: что же еще надо для счастья?
Акихиро Кано: Ты знаешь от Хиде, что именно этот человек делал Канеки операцию, а также то, что вскоре после этого он исчез без следа. Задней мыслью ты осознаешь, что он, возможно, каким-то образом причастен к исчезновению твоего друга, но вслух своих предположений не высказываешь.

Критику и отзывы попрошу оставлять здесь: http://eliameribel.­beon.ru/0-29-my-test­s-you-re-welcome.zht­ml

Категории: Tokyo Ghoul
комментировать 1 комментарий | Прoкoммeнтировaть
Моя дорогая сестра…|Tokyo Ghoul | Элиа Мерибель 15:23:13
Ута
­­
Ты – сестра Уты.
Будучи почти одного возраста и несколько похожими внешне, вы, тем не менее, представляете полную противоположность изнутри. Он – тих, меланхоличен и почти всегда отрешен от окружающей среды, в то время как ты полна энергии и нежелания сидеть на одном месте, подкрепляемыми страстью к охоте на свежее мясо. Собственно, именно эти твои черты характера и побудили тебя бросить относительно спокойную жизнь за изготовлением масок в компании брата и уйти в одиннадцатый район для вступления в «Древо Аогири».
Что же касается твоего характера: хитрая, своенравная, энергичная и упрямая девушка, не гнушающаяся для достижения собственных целей идти по головам. Несколько жестока, но при этом садистских наклонностей, как таковых, у тебя не наблюдается.


Отношение персонажей к тебе:
«Антейку»

Кен Канеки: Вначале он относился к тебе с неким презрением и даже имел место страх, однако вскоре поддал все эти чувства большим сомнениям. Все-таки ты сестра Уты – того, кто так помог ему с маской и в высвобождении юноши из плена у «Аогири». К тому же, в силу действия сделки, которую ты заключила с Йошимурой, ты не причиняешь персоналу «Антейку» зла. Не теряя бдительности, порой может перемолвиться с тобой словом, внимательно следя, дабы не сболтнуть чего-нибудь лишнего, однако желанием сближаться с тобой отнюдь не горит, предпочитая выспрашивать о тебе у Йошимуры.
Тоука Киришима: Если тебе охота узнать, кто раздражает ее так, что по телу проходится мелкая нервная дрожь, то достаточно всего лишь посмотреться в зеркало. В силу ли того, что ты неплохо общаешься с ненавистным ей младшим братом и Шу Цукиямой, или же того, что ты просто состоишь в «Аогири», она тебя ненавидит. Учитывая то, с кем ты находишься в близком родстве, она причисляет к весьма нелестным характеристикам слово «предательница», ибо была уверена, что ты станешь одной из официанток «Антейку». После того, как ты не оправдала ее тайных надежд, без презрения твое имя никогда не вспоминает.
Нишики Нишио: Считает себя вторым из своих злейших врагов – главным образом из-за того, что ты связана с Ризе Камиширо и опротивевшим ему Гурманом. В его понимании, раз уж ты решила с ним общаться, то и сама недалека от него нравом. В твоем лице он видит весьма сильного соперника. Несколько раз вы сходились в схватках, победителем из которых выходил, увы, вовсе не он, что только подогревало неприязнь молодого гуля к тебе.
Ренджи Йомо: Он до конца дней (твоих или его) будет уверен, что ты выбрала неправильный путь. А ведь он знал тебя еще девчонкой с расцарапанными коленками, гневно вычитывающей брата за то, что он в очередной раз затеял драку! Твою личность было не оттащить от него, Уты и Итори, когда те собирались вместе. Признаться, ему искренне жаль, что те времена уже безвозвратно прошли…Но что поделать, зная твой характер, он прекрасно понимает, что отговаривать тебя делать что-то – пропащее дело.
Энджи Кома: Ты прекрасно знаешь его вторую личину, а потому в твоем отношении к нему находит место определенная симпатия. Не романтическая – скорее подкрепляемая интересом к его персоне. Сам же Дьявольская обезьяна при встречах с тобой счастлив как никогда. Еще бы! Наконец-то среди гулей нашелся хоть один, кто выслушивает все его рассказы о похождениях в молодости! Бывает, что вы весь рабочий день в «Антейку» можете просидеть за одним из столиков в укромном уголке, болтая о своих жизнях. Точнее, главным образом болтает он, а ты слушаешь, но против такого расклада ничего не имеешь.
Кая Ирими: Хоть ей и прекрасно известна сущность той организации, к которой ты принадлежишь, это не помешало ей проникнуться к тебе неким уважением. Ты напоминаешь ей себя же – а потому неприязни как таковой женщина к тебе не испытывает. В ее мыслях даже находит место предположение, что раз ты заключила договор с управляющим кофейни, то в скором времени можешь присоединиться к ним, ведь Йошимура умеет убеждать. Надо заметить, она будет отнюдь не против, ведь надеется обрести неплохую подругу в твоем лице.
Рома Хойто: К тому времени, как она появилась в «Антейку», ты уже перестала посещать его, а потому вы и не общались.
Кузен Йошимура: Ваше довольно неплохое общение – всего лишь результат умело сформированной обоими когда-то сделки: ты можешь бушевать хоть по всей территории Токио – но только не тронь «Антейку» и хоть иногда рассказывай ему о жизни его дочери, с которой ты, к слову, связана дружескими узами. Он же, в свою очередь, в любое время примет тебя в своей кофейне, готовый выслушать и угостить чашечкой кофе. Это не дружба, и даже не привязанность. Скорее обоюдная выгода, но вам она не доставляет никаких неудобств.
Другие гули

Шу Цукияма: Вы познакомились, когда Гурман впервые пришел в «Антейку», следуя за запахом Канеки. Он сразу приметил миниатюрную леди, приковывающую к себе мужские взгляды, однако при этом только слепец или до боли безмятежное создание не смогло бы ощутить волн опасности, исходящих от юной посетительницы. В нос ударил незнакомый доселе запах – молочный шоколад, к которому примешивались металлические нотки крови и едва уловимый запах человека – запах тех жертв, что были съедены тобой. Не гнушаясь каннибализмом, он готов кричать на весь Токио от всепоглощающего возбуждения, затмевающего сознание Гурмана, готов разорвать хрупкое с виду тело на части, смаковать каждый кусочек плоти, упиваясь собственным экстазом. Но вместе с тем к этому примешивается непонятное чувство, вынуждающее подавлять свое желание есть. Ему хочется уберечь тебя даже от той организации, в которой ты чувствуешь себя как дома, лишь бы только объект его воздыхания покинул ее и принадлежал бы только ему одному. Ты для него как самое желанное лакомство – хочется, а нельзя. Не можешь. Но он готов даже просто дуреть от твоего запаха, не смея коснуться вожделенного - лишь бы только быть с тобой.
Ута: Внешне он и виду не подает, что обеспокоен тем, что теперь вы с ним разбежались как в море корабли, но внутри на самом деле не находит себе места. Он до сих пор помнит, с каким негодованием ты в детстве каждый раз замазывала на нем следы царапин, забинтовывала сломанные конечности и доставала вам двоим пищу. Теперь, можно сказать, ситуация прямо противоположная: он беспокоится о сестре, а ты отмахиваешься от масочника, как от надоедливой мухи, твердя, что его забота тебе без надобности. Ута никогда не скажет, но это ранит его. Только сейчас он начал понимать, каково приходилось тебе, когда он отталкивал твою заботу, а потому тайно от Йомо и Итори, старается наверстать упущенное, закрывая глаза на твою деятельность в «Аогири».
Хинами Фуэгучи: Стоило тебе при виде Лузера небрежно заметить, что «этот комок желтых и серых перьев годиться лишь на один зуб местным бродячим котам», ты потеряла ее расположение навсегда. Теперь Хинами избегает тебя, по ночам плача в подушку и в негодовании повторяя про себя «Комок перьев…комок перьев!».
Банджо Казуичи: Он знал тебя только как подругу Ризе, с которой та делилась абсолютно всем, а потому, будучи подавленным «Древом Аогири», он все же на свой страх и риск спросил твоей догадки, где она может находиться. Некоторое время вы искали ее вместе, однако потом по приказу Татары ты была отстранена от поисков. Конкретного мнения у Банджо о тебе не сложилось – вроде бы опасная, а вроде бы не очень. Но для избранных.
Ризе Камиширо: До того, как на нее упала балка, эта девушка была одной из двух твоих лучших подруг. Вы всегда охотились с ней вместе, с интересом и в подробностях обсуждая поведение жертвы перед коронным прыжком на нее же. Вы страх как любили обсуждать, какие внутренности вкуснее всего, как их лучше есть...просто идиллия для таких, как вы, верно? Ты была очень обеспокоена внезапным исчезновением Ризе, а потому первое время места себе не находила, выискивая среди людей на улице знакомый силуэт.
Итори: Несмотря на то, что ты старательно рвешь все связи с теми, с кем общалась до вступления в организацию воинственных гулей, ты все же сохранила теплые отношения с этой женщиной. Иногда, тайно от Аято или Татары, выбираешься в ее бар, чтобы пропустить стаканчик-другой за задушевной беседой. Итори всегда рада принять тебя – к тому же, не устает вспоминать «старые добрые времена», когда вы были еще совсем юны и старались держаться вместе. Надо сказать, ты всегда стараешься при этом увести разговор в другое русло, не желая вспоминать все то, что когда-то грело тебе душу.
Курона Ясухиса: Ты знаешь о них только как о подопытных кроликах, прошедших сквозь эксперименты Акихиро Кано. Жалости, вопреки той ситуации, которая постигла этих девушек, ты не испытываешь, считая, что раз уж теперь они гули, то это можно считать своеобразной эволюцией.
Наширо Ясухиса: Ее саму и ее сестру, еще общаясь с доктором Кано, ты расценивала не иначе, как подходящий материал для опытов – тебя не сильно волновала их участь, а превращение в гулей, по твоему мнению, только пошло бы им на пользу.
«Древо Аогири»

Аято Киришима: Первая же его мысль о тебе была: «Что здесь делает эта мелочь?!». Он был раздражен до предела, главным образом из-за того, что именно ему было поручено приглядывать за тобой. Было все: настойчивая травля, придирки…Ты не выдержала. Испытав в последствии твою настоящую силу на своей шкуре, он больше не рискует тебя злить, предпочитая вообще лишний раз рта не раскрывать. С некоторых пор он стал задерживать на тебе весьма пристальный взгляд, стал постоянно звать с собой на вылазки «Аогири», стал преследовать с на редкость глупыми, по твоему мнению, вопросами…Его раздражает это чувство – когда сердце готово пробить грудную клетку при мимолетном взгляде одного и того же создания. К слову, он не преминул сообщить тебе об этом, на что получил небрежный, несколько приправленный отвращением ответ «Просто ты влюбился». Да, его чувства ничуть тебя не тронули. Увы и ах, Аято для тебя пока еще ребенок, несмотря на то, что разница в возрасте между вами не так уж велика. Впрочем, его пыла сие не охлаждает. Цукияма? А это, собственно, кто? Все, милочка, теперь ты зарегистрирована на фамилию «Киришима».
Якумо Оомори (Ямори): Ну что тут скажешь…вначале он тебя терпеть не мог – все считал слабой, недостойной того, чтобы находиться в «Аогири». Однако когда он увидел ваш с Аято спарринг, то стремительно изменил свое отношение к тебе на положительное. Настолько, что даже снизошел до того, чтобы показать тебе свою «игровую комнату». Сказать по правде, тебе она не очень-то пришлась по душе, потому как такой страсти к пыткам, как он, ты не испытывала. После этого он некоторое время обижался на тебя, расценив твое неодобрение как личное оскорбление, но вскоре простил, пригласив хоть изредка захаживать к нему во время «игры».
Нико: Ваше с ним общение не задалось с самого начала: он ревновал тебя к Ямори, причем весьма сильно – совсем, как женщина, что внушало тебе безмерное отвращение. Признаться, иногда ты ломала себе голову: как же Джейсон только выдерживает его компанию?
Наки: Если Ямори он почитает, как никого больше, называя его «божественным братом», то тебе в его восприятии отныне и навсегда будет отведено звание «божественной сестры». Именно ты, сцепив зубы, вечерами успокаивала его, прекращая затяжные истерики, после смерти Ямори. Прижимая к себе растрепанную блондинистую шевелюру и поглаживая рыдающего во весь голос гуля по спине, ты убеждала его впредь меньше драматизировать и более реалистично воспринимать то, что с ним происходит, щедро приправляя этот совет восхвалением погибшего, чем, собственно, и заслужила огромную признательность с его стороны. Он души в тебе не чает, мня твою персону самым дорогим для себя созданием. Мне кажется, ты сможешь заменить ему Ямори – сильно уж он к тебе привязан.
Это: По-моему, лучше подруги тебе на всем свете не найти. Она – та, кто всегда будет с тобой, ни на минуту не выпуская из поля зрения. Это не отходит от тебя, а если тебе будет грозить опасность – не колеблясь ни минуты, высвободит свой кагуне, чтобы спасти твою жизнь. Она даже ревновала тебя к Ризе, стараясь проводить с тобой больше времени, чем Камиширо – совершенно по-детски, не находишь? Хотя да, это, пожалуй, был риторический вопрос. Что ж ты тут сделаешь – "недолюбленной" в детстве девушке все же требуется ласка, которую ты, хоть и с долгими колебаниями, даешь ей.
Норо: Этот гуль видит в тебе сильного союзника, которому можно доверить абсолютно все, включая собственную жизнь. Ты же, в свою очередь, восторгаешься его потрясающе высоким уровнем регенерации, чего и не скрываешь – в общем, превосходные отношения на уровне «начальник – подчиненный».
Братья Бин: В отличие от Аято и Джейсона эти двое сразу поняли, что шутить с тобой – себе дороже, а потому старались как можно меньше попадаться на твои глаза.
Татара: Он увидел в тебе потенциал с первых же минут знакомства. То, что ты сама изъявила желание вступить в «Аогири», не мог не поощрить, вызвавшись сам ознакомить тебя с данной организацией. Надо заметить, гуль до ужаса часто придирался к твоему образу жизни, почти каждый день после возвращения в одиннадцатый район выспрашивая, где ты была и чего тебя туда понесло. Мотивировал, как ни странно, тем, что ты можешь, как однажды с Аято, потерять контроль, в то время как он предпочел бы держать твой пыл в узде. Это заставляло тебя возмутиться, на что Татара только прерывал ваш разговор. А все ведь из-за того, что в тебе он видит ту, которая весьма симпатична его личности, а потому ему было бы очень даже неприятно узнать, что девушка, заставляющая его сердце забиться быстрее, стала достоянием «голубей». Прекрасно видит отношение Киришимы-младшего к тебе, но не думай, что он так просто отдаст тебя этому глупому неопытному юнцу. О его чувствах знает только Норо, но ведь все знают, что тот умеет молчать...
ССG

Амон Котаро: О том, что ты являешься гулем, он не имеет ни малейшего понятия – для следователей ССG ты никто иная, как Ханако Нинагава – репортер, снимающий сюжеты о нападениях гулей, а также ведущий собственные журналистские расследования (на самом же деле таким образом ты просто заметаешь следы, оставленные твоими компаньонами). Особого значения тому, что ты мельтешишь прямо перед глазами, не придает – журналисты, что с них взять.
Курео Мадо: Единственный, у кого ты не взяла ни единственного интервью. Все оттого, что он почти разгадал тебя – так и буравил безумным взглядом, так и буравил. Можно сказать, что его смерть спасла тебя от разоблачения.
Акира Мадо: От этой девушки ты стараешься держаться подальше. Ничего не стоило заметить схожесть между ней и стариком Мадо, а, стало быть, и чертова интуиция могла передаться. Сама же она испытывает по отношению к тебе неподдельное раздражение – до чего же ты надоедлива! В последнее время ее начали все чаще посещать подозрения на твой счет, но вот доказательств нет никаких, так что Мадо-младшей остается только скрепя сердце терпеть тебя, да одергивать Такидзаву, едва ты отводишь его в сторонку для очередного интервью.
Сейдо Такидзава: Если же тебя не везет «подловить» кого-то из следователей особого класса, ты почти всегда приходишь к нему. Да, в отличие от Акиры с удовольствием отвечает на твои вопросы, порой не замечая завуалированного подвоха, за что часто получает выговоры от Акиры. В твоем понимании он – идеальный болтун. Прекрасная находка для шпиона вроде тебя.
Джузо Сузуя: Этого парнишку ты с готовностью можешь называть своей личной головной болью и занозой в пятой точке. Стоит тебе появиться на месте очередного нападения гулей в двадцатом, как он уже тут как тут: мелькает прямо перед оператором, махая в камеру, строя рожицы и, называя тебя Хана-чан, рассказывает тебе всякие детские глупости, подходящие больше для мальчика семилетнего возраста. Эти его выкрутасы порой напоминают тебе Это, заставляя…умилиться­? Возможно. Но ненадолго.
Юкинори Шинохара: После смерти Пожирателя в двадцатом районе через некоторое время нападения на молодых юношей возобновились, что дало ему повод думать, будто в округе объявился гуль-подражатель. Однако после того, как Акира заметила, что повреждения на некоторых трупах указывали на то, что нападали двое, мужчина призадумался. Возможно, действительно, существует тот, кто охотился вместе с Пожирателем? Он не знает, точно ли достоверна эта информация, но намерен в ближайшее же время это узнать.
Ивао Куроива: Ты не могла так просто пропустить его мимо себя – слывя отменным информатором в среде гулей, ты порой без колебаний пускалась на самый отчаянный шаг, только чтобы добыть нужные сведения. Многого, увы, тебе узнать не удалось – следователи ревностно оберегают свои «военные тайны».
Кишо Арима: Он был одной из твоих главных «мишеней» - самая крупная рыба, которую ты когда-либо ловила. Впрочем, успехом твои копошения не увенчались: он отмалчивался на все твои попытки с ним заговорить.
Косуке Ходжи: Он предпочитал попросту отмахиваться от тебя, как от надоедливого насекомого, порой высказывая своему напарнику недовольство по поводу твоей персоны и всячески предостерегая его не сболтнуть тебе чего-нибудь лишнего.
Ицуки Маруде: Впервые он разделяет мнение Акиры, вовсю раздавая указания, чтобы тебя не пускали на территорию штаб-квартиры вообще. Надо сказать, он чуть ли не лопается от злости, когда тебе все равно удается проникнуть на охраняемую территорию. Джузо, к слову, его вид донельзя забавляет. Теперь парнишка мнит тебя кем-то вроде феи: как по мановению волшебной палочки ты можешь сделать так, что Маруде почти весь чернеет. В последствии Сузуя хвостиком бегает за тобой, прося «сделать так еще раз».
Хидейоши Нагачика: Молодой человек видит в тебе довольно занимательного собеседника, часто расспрашивая о гулях. А ты и рада – в подробностях рассказываешь ему обо всем ужасе, что творят «Аогири», не упоминая имен и не давая заподозрить себя. В данной ситуации руководствуешься принципом «Клин клином вышибают», потому как считаешь: если парнишка всего этого наслушается, то и пропадет у него желание еще что-либо спрашивать. А раз так, то, следовательно, и не полезет Хиде, куда ему не следует – целее будет.
Остальные

Кими Нишино: Ты знаешь ее как жертву махинаций Цукиямы. Сам же он отзывался о ней как об обычном мясе, что дало тебе причину думать о ней также.
Йорико Косака: Она наслышана о тебе от Тоуки как о самой раздражающей девушке на свете, следствие чего не хотела бы повстречаться с тобой лицом к лицу.
Акихиро Кано: Вначале, когда он только поделился с тобой данными о своих экспериментах, ты прониклась к нему некоторым уважением. Придирчиво осматривая подготовленные для операций «образцы», ты была, пожалуй, согласна с его замечанием: «После они будут выглядеть гораздо лучше». Однако когда узнала, что материал для экспериментов извлекается не из кого иного, как из твоей подруги Ризе, то чуть не убила его. Но увы, поскольку Норо и Ямори запретили его убивать, ты решительно оборвала все связи с полоумным врачом, вследствие убеждая Татару прекратить сотрудничество с Кано.

Критику и отзывы попрошу оставлять здесь: http://eliameribel.­beon.ru/0-29-my-test­s-you-re-welcome.zht­ml

Категории: Tokyo Ghoul
Прoкoммeнтировaть
Моя дорогая сестра…|Tokyo Ghoul | Элиа Мерибель 15:21:44
Акира Мадо
­­
Ты - двоюродная сестра Акиры Мадо.
Единственная родственница, которая осталась у осиротевшей девушки – а что, после всего пережитого Акира ведь заслужила отдушину. Твои родители погибли от кагуне гуля – именно поэтому, поплакав, повздыхав и в конце концов придя к выводу, что «хуже уже не будет», решила пойти на следователя CCG. Акира была только рада: всегда будете вместе - и на работе, и в повседневной жизни. Однако задней мыслью ты осознавала, что все же это не твое призвание. Гораздо лучше было бы, если б и люди, и гули, могли ужиться вместе. А виной всему всего один эпизод, о котором я поведаю чуть позже…
Если говорить о личности, то с первых же минут разговора твой характер можно сравнить с характером самой Мадо-младшей – ты так же ответственна, пунктуальна и хладнокровна. И в то же время в твоих действиях присутствует толика какого-то лукавства и ребячества, свойственная скорее Сузуе, с которым, к слову вы неплохо спелись.


Отношение персонажей к тебе:
«Антейку»

Из персонала «Антейку» о тебе, как о личности, почти никому ничего не известно, потому как воочию тебя видели только двое, да и то только во время похода в особняк Кано: Канеки и Ренджи, сошедшиеся в последствии на мнении, что будь ты гулем, то из тебя получился бы неплохой союзник. Ренджи, к слову, находит тебя довольно схожей в своих целях с Канеки – и ты, и Кен хотите жить в равновесии между своеобразными мирами людей и гулей, но, впрочем, тут же одергивает себя возмутительным мысленным окриком о том, что подобного не случиться никогда.

Другие гули

Шу Цукияма: Он, как Ренджи и Канеки, можно сказать, согласен с предположением, что ты могла бы вскоре оказаться на стороне гулей. И это согласие окрепло еще больше, когда во время стычки с ним и Наки ты сознательно не воспользовалась шансом его ранить. Из всего того, что он имел честь наблюдать в тебе, Гурман вынес вердикт – ты колеблешься. Да, ты колеблешься, разрываясь между долгом и тем, что велит тебе сознание – а ведь ему так нравиться наблюдать за чужими страданиями! Он не устает возвращаться к мысли, что осталось недолго – еще немного и ты забросишь должность следователя, попытавшись втереться в компанию гулей. «За этим было бы забавно понаблюдать» - так думает Цукияма, в очередной раз коварно ухмыляясь.
Ута: Ты не раз видела на нападающих гулях маски, однако так и не поняла до конца, зачем они вообще существуют. Тем не менее, тебе было бы интересно узнать, кто и зачем изготовляет сии творения. О его студии, расположенной в Токио, ты не имеешь понятия, а, стало быть, и о ее хозяине тоже.
Хинами Фуэгучи: Ты не знаешь о ней ничего, кроме сухой строчки на листе бумаги в базе данных ССG: субъект номер 745.
Банджо Казуичи: Видел тебя только мельком, во время вторжения в лабораторию Кано. Никаких особенностей, кроме того, что ты – девушка, он не приметил, да и надо ли? Все равно ведь враг.
Ризе Камиширо: О ней ты знаешь только как о Пожирателе – головной боли Юкинори Шинохары и его напарника.
Итори: Понятия о тебе не имеет.
Курона Ясухиса: Ты училась вместе с ними и Джузо Сузуей. Ничего такого особенного в их личностях ты не примечала, отметив только то, что они все время ходят вместе и о чем-то постоянно секретничают между собой – прямо как вы с Акирой.
Наширо Ясухиса: Да, вначале ты не придавала их существованию никакого значения. А во время вылазки в особняк доктора Кано с удивлением узнала в двух раненых фигурках в длинных плащах бывших одноклассниц. Ты могла добить их, могла назвать предательницами…Но на ум пришел один из эпизодов прошлого, заставляющий твой внутренний голос ехидно вопросить: «Предательство? А что же тогда сотворила ты, моя дорогая (Твое имя)?», вследствие чего ты дала близнецам уйти.
«Древо Аогири»

Аято Киришима: Он бы с превеликим удовольствием выпустил тебе кишки. Порой он ловит себя на мысли, что действительно мог бы это сделать, ни минуты не жалея человека…если бы ему не мешал строжайший запрет Татары. Да-да, ты не ослышалась: Татара приказал убивать каждого следователя, что попадется на глаза членов «Аогири». Всех, кроме тебя, даже если твою личность угораздит встать на пути воинственной организации. Киришима, надо заметить, до сих пор ломает голову, почему тот так яро запрещает прикасаться к тебе и кончиком кагуне.
Якумо Оомори (Ямори): В отличие от Аято ничуть не побоялся предположить, что у Татары, возможно, есть с тобой личные счеты. Это же очевидно! Очень даже возможно, что тот собирается оставить тебя на закуску, дабы расправиться лично. Ради такого случая Ямори даже предложил предоставить руководителю «Аогири» свою «игровую комнату», чтобы предполагаемая добыча помучилась подольше.
Нико: Он характеризовал тебя одним-единственным словом – еда. А хорошая или плохая – так и не собирался уточнять.
Наки: Он видел тебя не раз – ты «навещала» Донато Порпору с целью выпытать интересующую тебя информацию и каждый раз проходила мимо его камеры. Получилось так, что он привлек твое внимание – сперва ты затыкала его, как могла, но так, как упрямый заключенный не согласился молчать, пришлось ему ответить. Так и завязала знакомство с гулем: он рассказывал тебе о Ямори и своей жизни при нем, а ты ему – о давней встрече с Татарой. Тогда ты постепенно зачастила в Кокурию, незаметно даже для самой себя найдя в Наки довольно неплохого собеседника. Наки, к слову говоря, сам того не понимая, ждал тебя, каждый раз с трепетом внимая стуку каблучков по холодному полу. Оказавшись же на свободе, вознамерился как-нибудь выследить тебя и похитить – в качестве личного увеселения.
Это: Ты видела ее лишь в образе Сен Такацуки, когда та приходила в штаб-квартиру ССG якобы предоставить важную информацию. Признаться, поглядев на незваную гостью, ты подумала, что у нее, возможно, не все дома, а потому старалась лишний раз не попадаться ей на глаза.
Норо: Не понимает того, почему Татара так трясется над жалкой человеческой душонкой, когда ее судьба предрешена. Порой пытается ему втолковать, что в такой организации, как «Аогири», нет места глупым человеческим чувствам.
Братья Бин: Их не сильно волнует твое существование, однако это не мешает им характеризовать тебя словом «слабая». А такие что среди «голубей», что среди гулей - долго не протянут.
Татара: Вот он, тот самый эпизод: если кто узнает - обеспечишь себе клеймо предателя ССG. Вы повстречались однажды, очень давно - еще в то время, когда он не был одним из руководителей «Древа Аогири». Точнее, ты нашла его на улице, раненым. Тебе было десять лет, ему – девятнадцать. Воспользовавшись тем, что твоих родителей в тот вечер не было дома, по доброте душевной привела незнакомца к себе домой, промыла раны…а потом узнала, кто он. Впору бы закричать, убежать…Но ты ждала, не зная толком чего именно. Однако уже будучи готовой к ощущению зубов на собственном горле, ты внезапно поняла, что есть тебя никто не собирается – Татара просто забился в угол, волчьими глазами окидывая хрупкое детское тело. Постепенно же страх поутих, уступая место боязливым взглядам в его сторону и жалким попыткам заговорить…Гуль исчез из дома тем же вечером, дождавшись, пока ты задремлешь. Но сам не забыл того, что произошло.
ССG

Амон Котаро: Вначале его мнение о тебе не заходило далеко от мнения о Акире – такая же бесстрастная и живущая только своими обязанностями. Однако после того, как ты проявила себя во время вылазки в особняк доктора Кано, он не может охарактеризовать тебя иначе, как «Красивая и опасная». Надо заметить, сперва у мужчины чуть сердце не остановилось, когда он увидел тебя сражающейся сразу с тремя гулями. Учитывая же факт, что за работой у него не было времени ни влюбляться, ни даже думать о любви, то нет ничего удивительного в том, что его попытки ухаживать за тобой просто смехотворны. В его понимании ты и есть тот свет в непроглядной тьме, ради которого стоит бороться ради чистоты мира. Что же касается тебя, то ты считаешь его весьма и весьма раздражающим – то, какими сияющими глазами он смотрел на Мадо-старшего просто выводило из себя.
Курео Мадо: Как же тебе было гадко, когда Мадо, захаживая вечерами на огонек, рассыпался в проклятиях, посланных гулям и, кивая тебе на Акиру, утверждал, что тебе тоже стоит пойти в следователи! А ведь он понятия не имел, как болезненно отдавались в твоем сердце его слова: «Кому же, как не нам, эту мерзость закапывать, а, (Твое имя)? Верно я говорю?» В ненормально широко раскрытых глазах читались такое отчаяние и такая безумная надежда найти в твоем лице поддержку…Ты же только ухмылялась в ответ, молясь про себя, чтобы старик не узнал о том, что ты когда-то скрывала от ССG гуля. Этот человек, даже несмотря на то, что являлся твоим родственником, внушал тебе безумный страх, прятать который было все труднее. К тому же, ты считала, что его методы обращения с гулями слишком жестоки, однако никогда бы не посмела сказать ему это в лицо.
Акира Мадо: Никому она не доверяет так, как тебе, милочка. В свободное от работы время можете часами гонять чаи или кофе в ее квартире, прерываясь на возню с Маристеллой, или же устраиваете девичники у тебя дома, болтая о своем, о женском. С тех пор, как погибли твои и ее родители, вы сблизились еще больше, почти все всегда делая вместе. Только тебе дано видеть ее улыбку и истинные эмоции. Знаешь, а ведь Акира по секрету успела рассказать тебе о своих чувствах к Амону. Признаться, еще тогда ты стала ломать голову: а что же такого она могла в нем найти? Глупый же…слишком зациклен на своей работе, а такие вряд ли когда-либо оценят чувство, подобное любви.
Но вот единственное что: пожалуй, впервые ее хваленая интуиция дала сбой. Будучи уверенной, что ты никогда не испытаешь человеческого сострадания к гулям, она не знает, что ты уже водишься с оными – когда по собственной воле, а когда просто вынуждают обстоятельства.
Сейдо Такидзава: Поглядев на его поведение, ты сочла его недалекого ума человеком, способным лишь сидеть в сторонке и кусать локти от зависти, в то время как сделать что-либо сам он никогда не изъявит желания. Как ты считаешь, на большее Сейдо и не способен вообще. Сие, пожалуй, уже предрешило его отношение к тебе – дня не проходит, чтобы вы не поцапались. Ой, как болит его уязвленное самолюбие, ой как же ж болит…Вот и живете врозь, как кошка с собакой. К тому же он несколько приревновал тебя к своему напарнику: как ему кажется, ты настолько прибрала его к рукам, что сам молодой человек теперь останется уж совсем в немилости, что радости ему не прибавляет ни на грамм.
Джузо Сузуя: Причин недолюбливать тебя у него совершенно никаких – тот, кто может довести Сейдо до грани нервного срыва всего за пять минут, не может не стать кумиром Сузуи. У тебя же неожиданно проснулся материнский инстинкт – ты носишься с юношей, как наседка с яйцом, почти не выпуская того из поля зрения. Самому же юноше до ужаса нравится такое огромное и трепетное внимание к своей персоне, а потому он никогда не упускает возможности воспользоваться случаем и получить очередную порцию ласки просто за то, что он есть – пусть даже сначала проявлял к тебе недоверие. Биг Мадам никогда не одарила бы его подобным, а потому Джузо в новинку это ощущение – когда тебя любят.
Юкинори Шинохара: С умилением взирая на то, как ты в очередной раз предлагаешь Джузо пройтись после работы по набережной реки Сумида в Токио, он со вздохом часто повторяет, что ты выбрала неправильный путь – если бы не пошла в следователи по гулям, из тебя бы получилась прекрасная мама. Твое же отношение к нему сродни любви дочери к своему отцу, которого он, в свою очередь, тебе заменил.
Ивао Куроива: Его до ужаса не радует тот факт, что ты стала слишком много времени уделять общению с гулями. Именно по этой причине мужчина с некоторых пор постоянно пытается тебя «перевоспитать»: активно препятствует твоим визитам в Кокурию к Наки или Священнику, во время стычек с гулями старается держать тебя при себе, внимательно следя, как бы ты не прозевала атаку или не вздумала проявить милосердие к врагу.
Кишо Арима: Он ни во что не ставит твое существование, считая, что до уровня по-настоящему хорошего следователя вроде Амона тебе еще расти и расти. Следовательно, почти и не общаетесь, изредка перебрасываясь фразами о работе.
Косуке Ходжи: В отличие от напарника, ничего раздражающего ни в твоих действиях, ни в характере, не видит. Можно сказать, он замечает в тебе только положительные качества. Понимаешь, к чему я клоню? Да, любовь слепа и он является наглядным тому примером. А как же иначе объяснить то, что он чуть ли не каждый вечер зовет тебя выпить вместе в местном баре и почти не дает тебе проходу, заговаривая по поводу и без? Такидзаву, к слову говоря, это злит неимоверно. Пожалуй, при всем своем уважении к Амону, он вряд ли просто так перестанет бороться за свое счастье…
Ицуки Маруде: Это твоя головная боль. Он не перестает в весьма неприятной, свойственной ему манере утверждать, что тебе нечего делать в ССG – больно ты мягкая. Впрочем, где-то на задворках сознания ты во всем соглашаешься с ним, интуитивно ощущая, что вскоре все эмоциональное напряжение, накопившееся за годы, хлынет наружу, подобно цунами, а вот последствия его будут плачевны для тебя и, возможно, для твоей сестры. На данный момент можешь предположить, что Маруде и может стать тем самым спусковым крючком, после которого то, чего ты так боялась, станет достоянием общественности, вылившемся в отчаянии нервного срыва. А пока стараешься держать себя в узде, не давая мужчине ни малейшей лазейки для подозрений.
Хидейоши Нагачика: Хиде – твой первый и единственный друг, которому, если не считать Акиры, ты можешь доверить все (кроме эпизодов, связанных с гулями, разумеется). Парнишка для своего возраста оказался на удивление хорошим психологом, а потому ты часто доверяешь ему свои переживания, прося потом совета. Это немного обескураживает Хиде, ведь он все же младше тебя, но все же каждый раз старается помочь тебе по мере своих сил, искренне радуясь, когда ему это удается. В силу своей проницательности он прекрасно видит, что ты чувствуешь себя не с своей тарелке среди следователей, а потому не перестает задаваться вопросом: что же все-таки заставило тебя стать одной из них?
Остальные

Кими Нишино: Не знает тебя.
Йорико Косака: Вы никогда не встречались.
Акихиро Кано: Он для тебя всего лишь цель, которую нужно найти и как можно скорее. С тех пор, как он ушел, можно сказать, прямо у следователей из-под рук, ты буквально потеряла покой в слепом стремлении его найти.

Критику и отзывы попрошу оставлять здесь: http://eliameribel.­beon.ru/0-29-my-test­s-you-re-welcome.zht­ml

Категории: Tokyo Ghoul
Прoкoммeнтировaть


~ Results of tests > Tokyo Ghoul

читай на форуме:
987
Нну
Идти спать или смотреть документальный...
пройди тесты:
Чернокнижница 6
кто ты в Аду
читай в дневниках:

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх